«Уважаемый господин посол Кюнгас,
Ваши Превосходительства, дорогие друзья!
Прежде всего позвольте поблагодарить Эстонию и все северные и балтийские страны — Данию, Финляндию, Исландию, Латвию, Литву, Норвегию и Швецию — и, конечно, Бюро Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ за организацию этой своевременной дискуссии.
Четыре года назад я впервые подняла здесь, на Варшавской конференции по человеческому измерению, вопрос транснациональных репрессий.
Тогда он не привлек большого внимания.
Сегодня это уже глобальный вызов.
И это уже не только вопрос прав человека. Это вопрос безопасности.
Россия и режим Лукашенко используют транснациональные репрессии вместе с другими гибридными операциями против Европы.
После выборов 2020 года, которые мы, безусловно, выиграли, режим развязал массовый террор.
Сотни тысяч беларусов были вынуждены покинуть страну. Многие нашли безопасность в Европейском союзе, Украине, Армении или Грузии — и прежде всего в Польше и Литве.
Многие думали: вот пересеку границу — и наконец буду в безопасности.
Но можно уехать из Беларуси — и КГБ все равно будет преследовать ваших родителей, конфисковывать вашу квартиру и заочно приговаривать вас к 15 годам тюрьмы.
Можно перевезти редакцию из Минска в Варшаву — и ваше медиа все равно могут признать «экстремистским», а людей в Беларуси — преследовать только за то, что они передают вам информацию.
Можно продолжать правозащитную или политическую деятельность из Вильнюса — и все равно получать угрозы смертью, замечать подозрительных людей, следящих за вами, или сталкиваться со попытками взлома ваших личных аккаунтов.
Можно наконец получить вид на жительство в Германии — а потом узнать, что ваш беларусский паспорт аннулирован и вы не можете его восстановить в посольстве.
Можно наконец запланировать отпуск — но все равно думать, не закончится ли транзитная пересадка задержанием, потому что режим внес ваше имя в международную базу данных.
Вот как работают транснациональные репрессии.
Они должны создать ощущение, что безопасного места не существует.
Их цель — заставить инакомыслящих замолчать, сломать человеческое достоинство и лишить людей возможности действовать.
Но их цель также — подорвать международную безопасность.
Диктатуры сознательно используют открытость демократических обществ и злоупотребляют международными механизмами.
Они хотят показать, что демократии не способны защитить даже собственных жителей.
Дорогие друзья!
Позвольте рассказать о некоторых инструментах, которые используют диктаторы.
Первый — документы. Точнее, лишение людей документов.
С 2023 года посольства Лукашенко фактически перестали оказывать нормальные услуги по выдаче и замене паспортов. Чтобы восстановить паспорт, людям предлагают вернуться в Беларусь.
Но для многих возвращение может означать арест.
Таким образом, люди оказываются перед невозможным выбором: рискнуть попасть в тюрьму — или остаться за границей без действительных документов.
И речь идет не только о тех, кто сам был вынужден уехать из Беларуси. Некоторых политических заключенных, освобожденных в результате переговоров при посредничестве США, принудительно вывезли из страны без паспортов и других документов. Среди них — лауреат Нобелевской премии мира Алесь Беляцкий и правозащитник Владимир Лабкович.
Только представьте.
Вы пережили годы в тюрьме. Вы наконец на свободе — но без паспорта, без дома, иногда без денег и без уверенности в завтрашнем дне.
Проблема документов затрагивает сотни тысяч беларусов за границей.
Мы благодарны странам, которые выдают паспорта иностранца и проездные документы, дают вид на жительство или признают просроченные беларусские паспорта.
Мы также разработали инициативу паспорта Новой Беларуси как альтернативное решение. Он пока не признан, но его цель проста: диктатура не должна иметь возможности контролировать человека, лишая его правовой идентичности.
Второй инструмент — цифровые репрессии.
Иногда мы представляем диктатуры как устаревшие системы.
Это не так.
Они используют мессенджеры, распознавание лиц, взломанные базы данных, шпионское программное обеспечение, фишинг и искусственный интеллект.
Мой заместитель в Объединенном переходном кабинете Павел Латушко неоднократно получал угрозы смертью в свой адрес и в адрес своей семьи. Польские власти начали три расследования в связи с этими угрозами.
Независимые медиа сталкиваются с кибератаками, фишингом, фальшивыми сайтами, кражей аккаунтов и скоординированными кампаниями по дискредитации журналистов — как, например, во время недавней атаки против «Нашей Нивы».
Это особенно опасно, потому что независимые медиа остаются одной из наших важнейших связей с людьми внутри Беларуси.
Мы также зафиксировали попытки вербовки беларусов через Telegram.
Все может начаться с безобидного предложения сотрудничества или денег.
Потом появляются просьбы передать информацию о коллегах, фотографии с мероприятий, имена активистов или сведения о поездках.
А если вы отказываетесь, могут начаться угрозы — в том числе в адрес вашей семьи, оставшейся дома.
И это подводит меня к третьему инструменту: принуждению через семьи.
Если режим не может дотянуться до вас в Варшаве, Праге или Брюсселе, он дотягивается до ваших родителей в Гродно, Бресте или Минске.
Беларус участвует в акции солидарности в Варшаве.
Вскоре после этого силовики могут прийти в квартиру его семьи в Беларуси.
Они проводят обыск. Проверяют телефоны. Допрашивают родственников. Иногда конфисковывают имущество. Иногда требуют, чтобы человек за границей прекратил политическую деятельность.
Посыл прост: мы не можем дотянуться до тебя — поэтому накажем того, кого ты любишь.
И необязательно быть известным политиком, чтобы стать мишенью. Достаточно быть студентом, волонтером, журналистом или местным активистом диаспоры.
Четвертый инструмент — злоупотребление международными правоохранительными механизмами.
И это особенно важно для ОБСЕ.
Режим объявляет оппонентов в розыск по обвинениям, которые выглядят не политическими, а уголовными: мошенничество, налоговые правонарушения, «экстремизм», обычные уголовные обвинения.
А потом рассчитывает, что другое государство сработает автоматически.
Один из трагических примеров — Василий Веремейчик, беларусский бывший доброволец, воевавший за Украину.
Он был задержан в Вьетнаме и экстрадирован в Беларусь. Сегодня он отбывает 13-летний срок заключения.
Еще один пример — беларусский режиссер Андрей Гнёт.
Он был задержан в Сербии на основании запроса беларусских властей и месяцами находился под угрозой экстрадиции. потребовалась масштабная международная и юридическая кампания, прежде чем он наконец смог безопасно покинуть Сербию.
Именно поэтому запросы от диктатуры нельзя рассматривать как обычные запросы правоохранительных органов. Они требуют дополнительной проверки с точки зрения прав человека.
Поэтому многие страны, сохраняющие соглашения или сотрудничество с режимом, стали рискованными для беларусов.
Мы разработали специальные рекомендации относительно рисков во время путешествий, чтобы предупреждать людей об опасных направлениях. Только в этом году наши команды и партнеры помогли предотвратить экстрадицию или возвращение в Беларусь как минимум 15 человек.
Но это не может оставаться ответственностью только активистов и юристов.
Международные механизмы не должны становиться инструментами диктатур.
Дорогие друзья!
Транснациональные репрессии не заканчиваются в момент, когда человека освобождают из тюрьмы. Во многих случаях именно тогда начинается новая борьба.
Поэтому гуманитарная поддержка также является частью нашего ответа.
Я хочу поблагодарить Польшу и Литву, которые стали главными безопасными убежищами для беларусов. Они приняли десятки тысяч наших людей и работали над поиском практических правовых решений для тех, кто не может безопасно вернуться домой.
И я хочу поблагодарить все северные и балтийские страны, организующие сегодняшнюю дискуссию, — Данию, Эстонию, Финляндию, Исландию, Латвию, Литву, Норвегию и Швецию.
Все они присоединились и внесли вклад в Международный гуманитарный фонд для жертв репрессий в Беларуси, созданный по нашей инициативе.
Вместе с другими партнерами мы мобилизовали более 3,3 миллиона евро на реабилитацию, медицинскую помощь, психологическую поддержку и помощь людям, восстанавливающим свою жизнь после репрессий.
Я также хочу поблагодарить Европейский союз и все правительства, сотрудничающие с беларусскими демократическими силами ради защиты тех, кто спасается от репрессий.
Но нам нужно сделать больше.
И сегодня, здесь, в ОБСЕ, я хотела бы предложить семь конкретных шагов.
Первое — признать транснациональные репрессии отдельной угрозой в сфере человеческого измерения и безопасности.
БДИПЧ и государства-участники должны систематически документировать случаи, выявлять закономерности и обмениваться ранними предупреждениями.
Второе — защищать журналистов в изгнании.
Я призываю Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ и впредь уделять этому вопросу приоритетное внимание.
Переезд редакции за границу не прекращает репрессии. Он меняет их форму: вместо обысков — взломы; вместо арестов — угрозы родственникам; вместо цензуры журналистов — криминализация их аудитории.
Когда мы защищаем беларусских журналистов в Варшаве или Вильнюсе, мы также защищаем право людей в Беларуси получать независимую информацию.
Третье — остановить злоупотребление экстрадицией и международными полицейскими механизмами.
Каждый запрос от государства, где нет независимой судебной системы, должен проходить усиленную проверку с точки зрения прав человека.
Ни одного беларуса нельзя возвращать туда, где ему угрожает преследование, только потому, что кто-то отнесся к запросу авторитарного режима как к обычной формальности.
Четвертое — решить проблему документов.
Выдавайте проездные документы и паспорта иностранца. Обеспечивайте надежный правовой статус и вид на жительство. При необходимости признавайте просроченные паспорта.
Ни журналист, ни активист, ни бывший политический заключенный не должен становиться юридически «невидимым» только потому, что Лукашенко отказывается обновить его паспорт.
Пятое — усилить цифровую защиту.
Правительства и технологические компании должны напрямую сотрудничать с независимыми медиа и гражданским обществом в вопросах кибербезопасности, защиты аккаунтов, противодействия шпионскому программному обеспечению, фишингу и скоординированному преследованию в интернете.
Шестое — обеспечить последствия для виновных.
Чиновники и сотрудники силовых структур, ответственные за транснациональные репрессии, должны столкнуться с адресными санкциями, визовыми запретами и, где это возможно, уголовными расследованиями.
И мы должны продолжать более широкую работу по привлечению к ответственности.
Международная платформа по привлечению виновных к ответственности за Беларусь, созданная в соответствии с рекомендациями Московского механизма ОБСЕ, сохраняет доказательства для будущих судебных процессов. Доказательства нужно сохранять сейчас, а не после того, как диктатура уйдет.
Я также призываю страны поддержать расследование Международного уголовного суда, начатое после обращения Литвы, относительно предполагаемых преступлений против человечности, в том числе депортации и преследования, связанных с принудительным перемещением беларусов.
Седьмое — вынести этот вопрос за пределы этого зала.
Мы должны поднимать вопрос транснациональных репрессий на Генеральной Ассамблее ООН, в том числе в Третьем комитете.
Мы должны вынести его на рассмотрение Совета Безопасности ООН в формате встречи по формуле Аррии, как мы уже делали вместе с Эстонией по Беларуси в 2020 и 2021 годах.
И наконец, мы должны продолжать требовать системных изменений в Беларуси.
Не косметических изменений. Не просто освобождения отдельных политических заключенных в обмен на смягчение санкций.
Нам нужен конец самой системы репрессий.
Это означает: никаких новых политических арестов.
Никаких политически мотивированных уголовных дел.
Никаких угроз семьям.
Никакого преследования через государственные границы.
Пока мы не увидим системных изменений, мы должны сохранять давление и политическую изоляцию режима.
И, пожалуйста, продолжайте поддерживать беларусские независимые медиа, гражданское общество, правозащитников, политических заключенных и демократические институты.
Эта поддержка, как и поддержка Украины, — не благотворительность.
Это инвестиция в европейскую безопасность.
Европа должна быть свободной от войны, диктатуры, террора и политического преследования — как внутри государственных границ, так и за их пределами.
Спасибо».
