Через несколько недель состоятся выборы в Координационный совет четвёртого созыва. По этому поводу советник Светланы Тихановской по вопросам образования и науки Павел Терешкович обращается к истории, чтобы показать важность этого процесса.
«Весной 1917 года Беларусь оказалась в чрезвычайно драматической ситуации. Фронт разделил её на две части. Около миллиона беларусов находились в армии, более полутора миллионов стали беженцами в результате принудительной эвакуации на восток. Февральская революция открыла возможности для широкой гражданской активности. Временное правительство декларировало право народов на самоопределение. Патриоты Беларуси понимали: пришло время действовать.
В марте и июле состоялись съезды национальных организаций. В ноябре было принято решение созвать Всебеларусский съезд.
Он и стал первым национальным прототипом парламента. Заседания продолжались почти две недели. В них участвовали 1872 делегата — представители советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, земств, профессиональных организаций, военных комитетов, сообществ беженцев, а также национальных меньшинств со всех уголков Беларуси.
13 декабря 1917 года был избран Совет съезда — всего 71 человек, которые получили мандат действовать от его имени. Подобно парламентариям, делегаты работали во фракциях, комиссиях и секциях. На заседаниях культурно-просветительской секции было одобрено предложение профессора Я. Карского об открытии беларусского университета.
Однако главным оставался вопрос самоопределения. После горячих споров было принято компромиссное решение: сформировать Всебеларусский совет крестьянских, солдатских и рабочих депутатов, чтобы спасти край, установить республиканский демократический строй и не допустить отделения от России.
Казалось бы, такое решение должно было удовлетворить большевистское правительство, пришедшее к власти в результате октябрьского переворота и также декларировавшее право народов на самоопределение. Но нет.
Большевистские структуры в Беларуси действовали иначе. Они создали собственные органы власти, в которых беларусы составляли всего около 2%. Беларусов как отдельный народ они не признавали, а Беларусь называли «Западной областью». Никакого самоопределения они допускать не собирались. В ночь на 18 декабря 1917 года большевистские войска разогнали съезд.
Созданный им Совет продолжил деятельность в подполье. Тем временем в Бресте шли переговоры между большевистским правительством и Германией о заключении мира. Они проходили неудачно, и после их срыва 18 февраля германская армия начала наступление на восток.
Минские большевики быстро поняли, что это не то же самое, что разгонять мирный съезд. Уже на следующий день их в городе не было, а немецкие войска вошли в Минск только 21 февраля.
И тут выяснилось, что Совет — как тот топор под лавкой — вещь очень нужная. Его исполнительный комитет 20 февраля 1918 года издал Первую Уставную грамоту, в которой объявил себя высшей временной властью Беларуси. Затем были Вторая и Третья грамоты, последняя из которых провозгласила независимость Беларуси. Но это уже тема для отдельного разговора.
К чему всё это. Сегодня многие недовольны Координационным советом. У меня тоже есть к нему вопросы. Но другого у нас сейчас нет. Хотите, чтобы за него не было стыдно — выбирайте проверенных, честных и профессиональных людей. Главное — чтобы он был. Потому что неизвестно, когда и как он понадобится. А то, что этот момент наступит, — в этом я уверен».
